При этом нужно четко отделять «чистое суррогатное материнство», когда именно суррогатная мать заключает договор и оказывает соответствующие услуги за вознаграждение от непосредственной продажи детей иностранцам.
В данном случае, как видно из статьи, женщина была не суррогатной матерью, а непосредственно участником сообщества (ее роль в данной схеме в итоге определит следствие и суд), которое продавало детей за границу. При этом не прописано и не показано, на данном этапе, как именно оформлялись переводы за детей, что было указано в назначении платежа, составлялся ли какой-либо договор. Звучит, конечно, цинично, но мы должны рассматривать вопрос не с положений о морали и нравственности, а с точки зрения закона.
Скорее всего, договор, если он был, носил характер консультационных услуг, без конкретики, поэтому факт передачи денег именно за детей и торговлю придется доказывать иными способами.
Конечно, сама по себе торговля людьми это особо тяжкое преступление, а преступление, направленное против детей, является отягчающим обстоятельством в этой торговле.
При этом надо четко понимать, что в данном случае дело возбуждается вне зависимости от того, обратился ли потерпевший в право-охранительные органы или нет. При этом необходимо четкое понимание того, в чем обвиняют данную гражданку. Ее обвиняют не в посреднической деятельности по соединению заказчика и суррогатной матери (что может быть расценено чисто как посреднические услуги, находящиеся в рамках правовой плоскости), а деятельность по подделыванию документов для незаконного вывоза детей за границу с целью их дальнейшем продажи иностранцам.
Таким образом, сама по себе деятельность суррогатных мам и посредников, связывающих обе стороны, при правильном юридическом оформлении документов, не порождает уголовных последствий. Люди, не имеющие детей, идут на суррогатное материнство и заключают договор безвозмездной помощи суррогатной матери, а она уже в дальнейшем обязуется передать ребенка. Преступный состав образует незаконные действия по продаже ребенка без согласия его законных представителей, часто связанные с введением в заблуждение биологической матери ребенка или с подделкой документов, что имело место быть в данной конкретной ситуации.
Таким образом, правоотношения, связанные с суррогатным материнством, без четкого правового регулирования (сейчас данный вопрос имеет много «подводных камней») останется в сегодняшнем зачаточном состоянии и будет приводить к тому, что «серый» и «черный» рынок торговли людьми будет процветать, а люди, реально желающие получить детей от суррогатных матерей, не смогут этого сделать.
Данная статья нашего старшего партнёра Горелова Алексея Михайловича размещена в журнале «Административное право» выпуск № 4 от 04.2021 г